Космическое Раскрытие – 2: Самое жестокое сражение Джейсона - Божественный Космос

Интервью Джея Вайднера с Джейсоном Райсом

Космическое Раскрытие – 2: Самое жестокое сражение Джейсона

Интервью Джея Вайднера с Джейсоном Райсом

Вторник, 18 декабря  2018 года

Д.В.: Всем привет! С нами Джейсон Райс, претендующий на то, что работал в ТКП. Привет, Джейсон.

Д.Р.: Спасибо, Джей. Я очень благодарен за приглашение.

Д.В.: Да, это было здорово. Давайте вернемся к… Вы завершили свою работу на Планете 2. И вновь, это был тот же самый вид сценария Кабалы – операции под ложным флагом: использование конфликта и периода после конфликта, чтобы все сложилось так, как им нужно. Почти 6 лет Вы прослужили в ужасной ситуации. В конце концов, вы победили врага посредством использования высокотехнологического оружия. И сейчас завершили дела с этой планетой. Что дальше?

[more]

Д.Р.: Далее на Планете 2 оставались воинские подразделения, миссией которых являлись очистка планеты и возрождение цивилизации так, как того хотели те, кто был за все в ответе, – Кабала. Они добились всего, чего желали. Когда мы говорим “Кабала”, мы имеем в виду, что, в свою очередь, она тоже была марионеткой Драконийцев и ИИ. Поэтому новое обустройство планеты потребовало больше времени. Наша же миссия там завершилась, поэтому нас передислоцировали на другую планету...

Д.В.: Ох, нет!

Д.Р.: …в целях повторения процесса, на Планету 3.

Д.В.: Было ли у нее другое название?

Д.Р.: Да, но его я еще не вспомнил.

Д.В.: Итак, какой была ситуация на Планете 3?

Д.Р.: Эта планета отличалась от двух предыдущих. На поверхности Планеты 3 обитали 3 разные цивилизации.

Д.В.: Аборигенные?

Д.Р.: Насколько мы знали, аборигенных с точки зрения нахождения на планете. Полагаю, шансы на то, что три таких абсолютно разных вида появились на одной и той же планете, невелики. Поэтому подозреваю, что, по крайней мере, одна или две появились где-то еще, и затем были просто перенесены, переправлены или посеяны на данной планете.

Д.В.: Не могли бы Вы описать эти три расы?

Д.Р.: Конечно. Первая раса – гуманоидная, очень похожая на людей, которых можно видеть сегодня на Земле. Вторая раса – это раса инсектоидов

 

Рост около 1-1,2 м. Голова овальной формы. Серебристые круглые глаза. Очень маленькие рты и носы, уши почти или совсем отсутствуют.

 

Они – телепаты, общаются телепатически. Очень острые зубы. Ноги с шарнирными коленями.

Д.В.: Стоят на двух ногах?

Д.Р.: Да, стоят на двух ногах. В какой-то момент в прошлом они еще и ползали. Мы видели своими глазами, как они ползали по стенам и потолкам.

Д.В.: Неужели?

Д.Р.: Такая способность сохранилась у них и сейчас.

Д.В.: Будучи инсектоидами, похожи ли они на других насекомых на Земле?

Д.Р.: Нет. Совсем ничего похожего на наше изобилие насекомых.

Д.В.: Ни на богомолов…

Д.Р.: Нет.

Д.В.: …ни на муравьев?

Д.Р.: Они круглолицые, имеют плечи, руки. Руки длиннее, чем обычно.

 

Д.В.: Как выглядит их кожа?

Д.Р.: Зеленая, светло-зеленая, желтовато-зеленая, полупрозрачная.   

Д.В.: Не может быть!

Д.Р.: Через нее кое-что можно видеть, но не так, как если вы смотрите через стекло или лупу.

Д.В.: Просвечивающая?

Д.Р.: Да, просвечивающая. Третьей расой была раса циклопов.

 

Д.В.: Циклопов? Одноглазых гуманоидов?

Д.Р.: Одноглазых гуманоидов.

Д.В.: Обладали ли они какими-то особыми характеристиками помимо наличия одного глаза?

Д.Р.: Нет.

Д.В.: Как же они уживались друг с другом?

Д.Р.: В том-то и оно, что плохо. Это означало, что в нашу миссию входила попытка их объединить, чтобы они выступали единым фронтом, что было очень-очень трудно.

Д.В.: Итак, повторим, существует угроза вторжения. Вас и Ваших парней посылают на планету, чтобы подружиться с аборигенами. Только на этот раз аборигены представляют собой три разных вида населения?

Д.Р.: Да.

Д.В.: С кем приходилось труднее всего?

Д.Р.: С инсектоидами.

Д.В.: Почему?

Д.Р.: Они не доверяли никаким гуманоидам, и точка. По существу, вот один из первых примеров. Я пытался организовать встречу с их эквивалентом толпы, криминальными элементами, которых мы намеревались склонить к сотрудничеству. Мне предстояло свидание с одной из групп инсектоидов. Так вот, меня заманили в пещеру и взяли в плен.

Д.В.: Не может быть!

Д.Р.: Да.

Д.В.: Почему Вас захватили в плен?

Д.Р.: Инсектоиды не доверяли людям или гуманоидам.

Д.В.: И Вы оказались настолько глупы, что отправились в то место, и Вас арестовали?

Д.Р.: Ну, они представили все так, как будто хотели встретиться, но на самом деле это была ловушка. Они думали, что я нахожусь там, чтобы шпионить за ними в качестве одного из многих гуманоидов…

Д.В.: Сколько времени Вы провели в тюрьме?

Д.Р.: В качестве военнопленного я провел в тюрьме три дня, потом меня освободили мои товарищи.

Д.В.: Ну, по крайней мере, эта группа берет пленных.

Д.Р.: Да.

Д.В.: На других планетах ведь не брали?

Д.Р.: Нет.

Д.В.: После того инцидента все было хорошо?

Д.Р.: Все три дня в тюрьме меня били и пытали. После того я провел пару недель, восстанавливаясь. Хотя на физическое исцеление причиненных мне ран потребовался всего один день, прошло несколько недель прежде, чем я был готов вернуться к полевым операциям.

Д.В.: И как разрешилась проблема в целом?

Д.Р.: Нам удалось склонить к сотрудничеству большую часть населения. Когда я покидал Планету 3, произошло крушение челнока. Челнок был сбит огнем аборигенов, потому что, повторяю, они нам не доверяли. Инсектоиды расстреляли челнок, в котором находился я.

Д.В.: Они сбили челнок?

Д.Р.: Да.

Д.В.: И в нем находились Вы:

Д.Р.: Да. Челнок потерпел крушение, я получил множество физических повреждений, и в числе многих был эвакуирован на Марс. Думаю, это был Марс. В госпитале мне заменили две конечности и восстановили третью. Следующие 8 месяцев я провел, обучаясь заново пользоваться конечностями и подвергаясь восстановлению посредством терапии нанитного усиления. После успешного завершения лечения меня включили в состав нового боевого подразделения и вернули на Каллидус 3. Там я принимал участие в операциях по расчистке, восстановлению и проходил через переобучение.

Д.В.: Давайте уточним, Вы побывали в бою или просто совершали поездку в челноке?

Д.Р.: Я направлялся из одной части планеты в другую. Завоеватели еще не появились. В то время я уже пробыл на планете около 15 месяцев, выполнил ряд миссий, направленных на попытку обрести доверие. Были проблемы с контрабандой, поскольку наличествовал большой криминальный элемент. Кое-какие криминальные элементы даже пытались украсть технологию.  

Д.В.: У вас, парни?

Д.Р.: Ну, у других обитателей планеты. Повторяю, там были гуманоиды, инсектоиды и циклопы, а мы пытались вовлечь их в подготовку к защите, созданию военных подразделений и стратегических запасов. Дело в том, что сама планета обладала лишь небольшими технологическими продвижениями. Поэтому все, что выходило за пределы стандартной продукции, сразу же становилось товаром на черном рынке. Мы замечали, что кое-какое произведенное аборигенами оружие, стало попросту исчезать. Поэтому началось расследование.

Д.В.: Какая из трех рас была наиболее продвинутой в смысле технологии?

Д.Р.: В технологической сфере они были приблизительно равны.

Д.В.: А разве у циклопов не было достаточно высокой технологиидля этого мира?

Д.Р.: Нет. Все три расы пребывали приблизительно на одном уровне – циклопы, гуманоиды и инсектоиды. Все были одинаковыми из-за войны, которая неоднократно начиналась и заканчивалась вот уже пару веков.  

Д.В.: Перестрелки на границах?

Д.Р.: Да, стычки на границах. Затем они заключили временный мирный договор, который к моменту нашего появления длился уже 20 лет. Поэтому вооружение у них было.

Д.В.: Знаете ли Вы, за что велись войны?

Д.Р.: Расовые разногласия.

Д.В.: То есть, вы прибыли на планету, а на ней практически велась мини гражданская война между тремя группировками?

Д.Р.: Верно.

Д.В.: В вашу миссию входило объединение населения планеты и подготовка к отражению атаки внешних завоевателей. Сначала вы не были уверены в том, кто это будет, и думали, что они окажутся вервольфами. То есть, вы не знали, что происходит, не так ли?

Д.Р.: Да, мы понятия не имели, кто явится покорять планету. И вновь, как и в других случаях, намеренное отсутствие разведывательной информации. Даже если командование и было осведомлено, нам оно ничего не говорило.

Д.В.: У аборигенов уже было оружие?

Д.Р.: Да.

Д.В.: Ну, хотя бы об этом вам не приходилось волноваться.

Д.Р.: У местного населения были реактивные снаряды и химическое оружие, если под химическим оружием подразумевать дымный порох.

Д.В.: Как вам удалось, наконец, объединить население планеты?

Д.Р.: Не знаю. Ко времени объединения, меня уже не было на планете.

Д.В.: Итак, Вас ранили, поэтому Вы многого не видели.

Д.Р.: Большая часть операций на планете была связана с работой с аборигенами, их обучением, появлением в глухих деревнях и городах, подготовкой местного населения. В общем, со всем тем, чем мы уже занимались: помощью в создании стратегических запасов, в организации, в повышении производительности сельскохозяйственных работ или планировании запасных вариантов. В общем, все как всегда.

Д.В.: Находясь на планете, пытались ли вы наладить мирные отношения с инсектоидами?

Д.Р.: Нет. Я никогда больше не возвращался на ту планету.

Д.В.: Может, Вы просто не знаете?

Д.Р.: Нет.

Д.В.: Итак, Вы находитесь в космическом челноке, занимаетесь своими делами, и инсектоиды стреляют по челноку ракетой или чем-то другим?

Д.Р.: Они не доверяли нашему присутствию. Мы были гуманоидами, а посему сразу же становились врагами, персонами нон грата.  Поэтому наши усилия по объединению инсектоидов с остальной часть планеты оказались заведомо обречены на провал.  Когда инсектоиды чего-то боялись или пугались, их первой реакцией было нападение. Видя нас, они так всегда и поступали – пытались нападать.  Они захватили меня в плен. Кстати, это было одно из первых взаимодействий с инсектоидами, которые предприняло мое подразделение. Насколько я понимаю, подобные случаи происходили и в других частях планеты, где другие люди пытались достичь положительных результатов в общении с инсектоидами.

Д.В.: То есть, мы так и не узнаем, что сейчас происходит на той планете, не так ли?

Д.Р.: Я не знаю.

Д.В.: Звучит как суровое испытание.

Д.Р.: Ох, мое решение не возвращаться основывалось на… Определенно, это было ночным кошмаром среди ночных кошмаров.

Д.В.: Итак, челнок взорвали. Космический челнок взорвался. Люди погибли от взрыва?

Д.Р.: Да.

Д.В.: Вам посчастливилось выжить, но Вы потеряли конечности. Вас эвакуировали на Марс, где врачи пользовались продвинутой технологией?

Д.Р.: Да, они вырастили и присоединили конечности.

Д.В.: Вырастили руку?

Д.Р.: Да.

Д.В.: Вот это да! Потрясающе!

Д.Р.: К сожалению, процесс еще не совершенный.Врачи ведь не боги.

Д.В.: То есть, все вылечено не полностью?

Д.Р.: Нет. Они “починили”, вернее заменили кость, а вот ткани, нервы, кое-какие мягкие ткани… Это все еще несовершенная наука. Конечно, она намного лучше, чем традиционная медицина, которой мы пользуемся здесь на Земле.

Д.В.: Вы ведь живы.

Д.Р.: Жив.

Д.В.: Вас эвакуировали на Марс. Итак, Вас вернули на Марс.Как там все было?

Д.Р.: По большому счету, я мало что помню. Долгое время я пробыл в коме, подвергаясь лечению. Как только я вышел из комы, началось прохождение через терапию, интенсивную терапию, что является еще одним великим преимуществом расширенной и виртуальной реальности – способность пользоваться ею в медицинских целях. Понимаете, в процессе лечения врачи способны прерывать сигналы между мозгом и разными частями тела.

Поэтому они могут помогать с идентификацией вновь присоединенных конечностей, обучать новому пользованию конечностями, включая пользование мышцами или группами мышц.

Д.В.: Со временем, Вам становилось все лучше и лучше?

Д.Р.: Да.

Д.В.: И еще раз…

Д.Р.: Возвращаемся к…

Д.В.: Возвращаемся к сражению. На этот раз, Вы вернулись на Планету 2.

Д.Р.: Я вернулся на Планету 2 – Каллидус 3.

Д.В.: И это здорово, потому что Вы увидели результаты произошедшего.

Д.Р.: Да, мне выпал шанс своими глазами увидеть усилия, направленные на восстановление, влияние случившегося на местное население и то, как чувствовали себя люди на самом деле. Как Вы считаете, что они думали после окончания войны, после столкновения с неминуемой смертью? Ощущали ли радость от того, что их не завоевали?

Д.В.: И?

Д.Р.: Их обуревали смешанные чувства. Мы же столкнулись с проблемами вредительства. Один из портов для челноков оказался полностью разрушенным.

Д.В.: Аборигенами?

Д.Р.: Местными жителями. Они повредили одну из термоядерных установок на челноке. Когда такое происходит, взрыв разрушает все и вся на довольно большом расстоянии. Это взрыв антиматерии.

Д.В.: Зачем они сделали это? Злились на вас?

Д.Р.: Они гневались за то, что произошло с их цивилизацией, и это можно понять. Я имею в виду, весь их привычный мир перевернулся вверх ногами, раскололся, прервался и подлежал переустройству.

Д.В.: И вы научили их убивать?

Д.Р.: Да.

Д.В.: Должна же быть какая-то ответная реакция.

Д.Р.: Безусловно, да, какой-то бумеранг.

Д.В.: По возвращении, обнаружили ли Вы что-то еще?

Д.Р.:  Внезапные случаи обескровливания и увечья домашнего скота.

Д.В.: Неужели?

Д.Р.: Да. Это оказалась одна из самых странных вещей, с которыми я столкнулся в процессе восстановления планеты. Сначала больше всего нас волновало то, что враг может вернуться. Но нет. Вместо этого, казалось бы ни с того, ни с сего, появились случаи странного обескровливания домашнего скота, выкачивались буквально все жидкости, прочем в таких местах не было замечено никаких признаков дикой жизни, кого-то или чего-то. Фиксировалось лишь появление тех, кого я считаю эфирными сущностями или другой инопланетной расой.

Д.В.: То есть, все, что вы находили, являлось одним из этих двух? И вы не знали, почему они поступали таким образом?

Д.Р.: Конечно, нет. Я полагал, что по психологическим причинам. Они хотели помучить население, и это был единственный способ это сделать.

Д.В.: Вы полагаете, что обескровливание крупного рогатого скота на земле тоже происходит по тем же самым причинам?

Д.Р.: Я в этом твердо убежден. Посредством подобных случаев в человеческое сознание насаждается негативное сознание.

Д.В.: И во что превратилась жизнь на планете? Война покончила с полу-сельским бытием. И каково же оно сейчас на планете?

Д.Р.: Если хотите, цивилизация возродилась как птица Феникс. Она прошла путь от сохи и строительства городов обитатели планеты перешли к созданию сооружений на орбите. Помогать им и видеть это – вот сама по себе наша награда; видеть, как они восстанавливают и возрождают свою цивилизацию.

Д.В.: То есть, они становились космической расой?

Д.Р.: Да.

Д.В.: Вот это да! Игра стоила свеч.

Д.Р.: Да, но при этом они все еще остаются контролируемыми.

Д.В.: Продвигаться слишком быстро – это, знаете ли…

Д.Р.: В этом аборигенам помогали и помогали очень много. Но продвигаться так быстро – это нечто иное. Посмотрите на продвижение на Земле с 1930-1940-х годов, прежде чем все пошло наперекосяк.

Д.В.: Очень похоже. Заметили ли Вы что-то еще в новом обществе, что заслуживает повторения?

Д.Р.: Их социальная структура изменялась, становилась строго контролируемой, почти милитаристской. Наблюдая восстановление и обновление, я многим горжусь, но наблюдать именно такие перемены – здесь гордиться нечем.

Д.В.: Аборигены создавали свою армию?

Д.Р.: Создавали ли они свою армию или нет, очень грустно наблюдать, как гражданское население становится все больше и больше контролируемым, даже если не носит военную форму и не строит системы вооружения. Видеть, как создается почти полицейское государство… Очень похоже на роман 1984 Оруэлла.

Д.В.: Можно ли сказать, что в этом все и дело?

Д.Р.: Безусловно.

Д.В.: Сколько времени Вы оставались на этой планете, пытаясь помогать?

Д.Р.: Еще пару лет. Мы помогали с очисткой и восстановлением.

Д.В.: Два года?

Д.Р.: Ага.

Д.В.:  С тех пор как Вы впервые появились на планете, стало ли население счастливее или печальнее?

Д.Р.: И так и сяк. Во время войны им пришлось пройти через огромное количество смертей. На планете не осталось ни единого человека, который не потерял бы кого-нибудь. Поэтому ощущалась какая-то подспудная печаль. Полагаю, на заживление ран потребуется одно или два поколения. Не проходило ни дня, чтобы окружающая обстановка не напоминала людям об их потерях, хотя они и замечали новшества, восстановления и улучшения. Поэтому однозначного ответа нет, люди испытывали двоякие чувства – счастье и печаль. Конечно, мы это ощущали. Мы это видели. Мы не могли им не сочувствовать, по крайней мере, я. Я уверен, что и солдаты моего подразделения испытывали те же ощущения. Для нас это было одним из движущих факторов помогать всем, чем только можно.

Д.В.: Когда Вы вернулись, удалось ли Вам восстановить какие-либо взаимоотношения с местным населением, существовавшие до Вашего отъезда?

Д.Р.: Нет. Я попал в совершенно другое место, другой регион, к новым людям. Когда мы впервые появились, обитатели планеты были очень открытыми, заботливыми и созерцательными. Ни на минуту не задумываясь, они бы отдали вам последнюю рубашку. Никаких уловок и ухищрений. Когда вернулся в разгар процесса восстановления, общество стало вести политику с позиции силы. Последняя развернулась в полную силу: вероломство, интриги, предательство, причинение вреда другому. К сожалению, впрочем, это и являлось частью плана, местные жители научились самым худшим политическим обманам и событиям, которые вы видите сегодня в традиционных СМИ.

Д.В.: В самом конце, когда Вы, наконец, покидали планету после оказания помощи в восстановлении, что Вы чувствовали? Сделали Вы добро или причинили зло?

Д.Р.: В помощи по восстановлению всего, что они утратили, я усматриваю добро. Зло же в том, что я видел настоящую реальную политику, видел ее в действии, видел, как она рождается, как разрастается и захватывает все уровни руководства. Раньше аборигены работали сообща, не заботясь и не думая о вознаграждении. Когда я покидал планету, все было совсем не так.

Д.В.: Перевернуто с ног на голову?

Д.Р.: Да. И это ужасно расстраивало.

Д.В.: Когда вы вернулись, аборигены волновались?

Д.Р.: Нет. Когда мы впервые вернулись с целью помощи в восстановлении, там находились особые воинские соединения, в задачу которых входили поиск и извлечение технологий, брошенных на полях боев с одной стороны планеты до другой. Они подбирали не только мертвых инопланетян, но и погибших людей или гуманоидов или, по крайней мере, отмечали местонахождения полей сражений так, чтобы выжившие могли узнать, где находятся останки их близких и любимых.

Также проводился сбор технологий, рассеянных, разбросанных и рассыпанных повсюду. На планете появился колоссальный черный рынок технологий, инопланетных технологий и инопланетной биологической жизни. Правительство планеты было серьезно озабоченно сбором всего этого и контролем над ним.

На планете пышным цветом расцвела, если хотите, рыночная организованная преступность, криминальный элемент, торгующий товарами на черном рынке. Аборигены, с которыми мы сотрудничали, были очень озабочены тем, чтобы они не захватили или не обрели контроль.  

Д.В.: То есть, раньше на планете царил бартер, а сейчас расцвел черный рынок. Полагаю, это признак экономической зависимости?

Д.Р.: Экономической зависимости и расслоения. Установившаяся экономика спроса и предложения основывалась на производстве товаров и на бумажных деньгах. То есть, вы работали, получали деньги и покупали товары. Но что если вы не могли что-то купить или хотели заполучить недоступный товар? И это после того, как у местных жителей открылись глаза на инопланетныетовары? Да и что они могли предложить нам? Вот откуда возник интерес к созданию множества черных рынков.

Полагаю, на горизонте появились инопланетные корпорации, крайне заинтересованные в получении дополнительных запасов инопланетного биологического сырья и инопланетной технологии. Тысячами тонн мы грузили образцы инопланетной биологической жизни и инопланетной технологии и отправляли их с планеты. Нам говорили, что они отсылаются в лаборатории исследования и развития на Марсе. Однако могу гарантировать, что это не единственное место, куда направлялись такие грузы. Подозреваю, это также были корпорации с Земли и/или Марса.

Д.В.: Проходили ли Вы специальное обучение для лучшего смешения с населением этих планет прежде, чем отправлялись на планеты?

Д.Р.: Да, часть тренировок перед возвращением на планеты включала проведение колоссального количества времени в так называемых нейронных обучающих креслах. Они предназначались для загрузки языка планеты. В нас загружались так называемые “пакеты”. В пакеты входили разведывательные данные о цивилизации, людях и то, чем находили нужным с нами поделиться. Региональные особенности или то, с чем нам предстоит столкнуться.

Д.В.: Культурой?

Д.Р.: Информацией о культуре.

Д.В.: Особенностями одежды, искусством.

Д.Р.: Да, особенно искусством, а также правилами, нюансами и тому подобному. Как Вы думаете, откуда руководство получало эту информацию? Подозреваю, что от Драконийцев, которые уже много лет проявляли интерес к планете и, конечно, имели на ней своих шпионов, способных собирать информацию.

Д.В.: Мы знаем, что Кабала не доверяет немцам-марсианам, а немцы-марсиане не доверяют Кабале. Они явно союзники поневоле. Есть ли шанс, что между ними вспыхнет война?

Д.Р.: Да. Полагаю, что одного того, что немцы-марсиане до сих пор называют земную Кабалу королевскими акулами, вполне достаточно. Сейчас действуют правила, запрещающие использование земных войск против Земли. Надеясь, они никогда не будут нарушаться. Также могу сказать, что блокада, мешающая вхождению космических кораблей в нашу Солнечную систему, действующая, по крайней мере, на ближайшее будущее и решающая, что, где и как будет происходить, будет продолжать предотвращать появление и действия инопланетного космического флота после того, как на нашей планете произойдут давно ожидаемые события или изменения.

Хотя, кто знает? Что произойдет? Объединится ли человечество? Не повлияет ли на ход событий отколовшаяся цивилизация, живущая на Марсе? Не знаю. Это вопросы, на которые нам еще предстоит найти ответы. Думаю, сейчас многое происходит. Разногласия между Кабалой и немцами-марсианами всегда будут сохраняться, поскольку каждая сторона считает другую ниже себя или под собой. Непрекращающиеся столкновения… Происходят ли они между земной ТКП и немцами-марсианами или просто между двумя немецкими группировками?

Дело в том, что не все немцы-марсиане недоброжелательны по отношению к Земле. Яркий пример – мой друг Йохан. Я встречался и с другими. Поверьте, их немного, но они есть. Нельзя стричь всех под одну гребенку.

Д.В.: Вам следует быть очень осторожным, поскольку все может оказаться вовсе не таким, как мы думаем.

Д.Р.: А оно и не такое.

Д.В.: Так легче думать, но это неправильно. Как Вы думаете, кто-нибудь наблюдает за Вами?

Д.Р.: Ну, я знаю, что Творец наблюдает за мной каждую секунду. Часть моей миссии – пройти через все, через что я прошел, и рассказывать о тех, кто принес себя в жертву, а также о тех, кто вернулся и просто еще не вспомнил. Такова моя миссия, вот для чего я здесь.

Д.В.: Джейсон, здорово, что Вы с нами. Спасибо.

Д.Р.: Спасибо за приглашение. Все это о Раскрытии.

Д.В.: Безусловно. Спасибо за внимание.



Эзотерические консультации он-лайн

Комментарии: (0)   Оценка:
Пока комментариев нет


Все права защищены (с) divinecosmos.e-puzzle.ru

Сайт Дэвида Уилкока

Яндекс.Метрика



Powered by Seditio